Глава 4
Год миновал, второй миновал, третий наступил. Колхозники между собой толкуют:
- Слаб наш председатель Романенко.
- Муху не обидит.
- Ниже травы, тише воды.
- Все везут как добрые жеребцы, а он…
- А вот экономист, говорят, был он хороший.
- А с народом работать не может. Нашел – молчит, потерял – молчит.
- Напрасно так. Ведь колхоз-то на серединке.
- А что построили? Два года МТМ не можем построить.
- Но ведь ему говорят, подучивают… Исправится.
- Ему говорят, а он как Васька Кот слушает до ест. Каким был, таким и остался. Нет, нам надо председателя такого, чтоб…
- Вот нам бы такого, как Александра Аркадьевича Жданова.
- Во! У этого была хватка, Этот бы наш колхоз превратил в золотую игрушку.
Наконец приходит в партком жена Романенко.
- Разве вы не видите, что мой муж не в свои сани сел, - от всей души признается она, - слабохарактерный он, мягкосердечный. Не получится из него председателя. Освободите его, пока не поздно. От стыда за него сгораю.
- Почему же он сам не признается? – спрашиваю ее.
- Видимо, храбрости не хватает.
Смотрю, дня через три после этого разговора заходит ко мне сам Романенко, опускается на стул и, чуть ли не со слезами на глазах, признается:
- Жена вещи в чемоданы складывает. Уезжать собралась. Не могу больше работать. Надо… Надо замену.
Этот разговор долетел до райкома.
Вперед |
Назад |